Костры миров

Прашкевич, как кошка в рассказе Киплинга, — гуляет сам по себе. В этом его отличие от большинства отечественных фантастов. И не фантастов тоже. Борис Стругацкий верно определил человеческую и литературную сущность писателя: "многообразен, многознающ, многоталантлив, многоопытен". Здесь на первом месте "многообразен". Это правильно. Писатель должен меняться. Вот говорят: занял нишу. Ниша для писателя значит смерть. Это место, где стоит его урна и куда читатели приносят ему траурные венки.Прашкевич постоянно меняется. Это очень важное его качество. Как неусидчивость, любовь к путешествиям, пешеходству, перелетам с континента на континент, идущая от юности, от первых полевых опытов тяга познавать мир глазами, руками, кожей, долбать его геологическим молотком, вдыхать его ветер, соль, его дымы и туманы, и все не праздно, не для туристической галочки "Вася здесь был", все с пользой, все для будущей книги.Сборник составлен из работ автора разных лет.Тексты многих произведений, вошедших в книгу, представлены в новой авторской редакции и местами существенно отличаются по сравнению с прежними публикациями.